– Я знаю. Но это было до...
Тамар не стала договаривать.
– А теперь?
– Я не знаю. Я ничего не знаю. – Тамар замолчала и сжала губы.
Наконец она сказала. – Хорошо. Я поговорю с ним. Но вы мне ничего не говорили.
Было очевидно, что Бриджит Фалькон довольна и испытывает облегчение.
– Прекрасно. Прекрасно. А теперь я пошлю сказать отцу Донахью, что вы остаетесь у меня на ланч, – сказала она, потирая руки.
Днем, пока миссис Фалькон отдыхала, Тамар сидела в кабинете, снимала с полок книги, с интересом просматривая их. Некоторые тома годами никто не брал в руки, и Тамар задумалась над тем, пишет ли сейчас Росс что-нибудь. Нигде в кабинете не было видно никаких следов его работы, и Тамар почувствовала разочарование. В конце концов, она устроилась на диване с очень старым томом Вальтера Скотта, и вопреки своему нежеланию дожидаться, когда Росс вернется и отвезет ее домой, расслабилась и почувствовала, что ее клонит в сон. В комнате было тепло и уютно, а доносившийся с берега монотонный шум прибоя убаюкивал ее.
Вероятно, она действительно уснула, и ее разбудил какой-то неожиданный шум. Открыв глаза и пытаясь высвободить поджатые под себя ноги, она, наконец поняла, что в дверях стоит Люси, а за ее спиной – Росс, Тамар была очень раздосадована тем, что ее застали врасплох, поэтому, когда Росс спросил, где его мать, ответ прозвучал излишне резко.
– Отдыхает, – сказала она, стараясь найти ногами туфли и поправляя платье. Потом более спокойно и мягко добавила: – Разве она не всегда отдыхает днем?
Росс нахмурился и, медленно расстегивая куртку, потянулся, словно хотел размяться после долгого сидения в машине.
– Полагаю, что отдыхает. Но я думал, что, возможно, сегодня, раз вы у нее в гостях, она изменила этому правилу.
Тамар ничего не ответила. Очнувшись от сна и еще не успев настроиться на защиту от нападок Росса, она испытывала неудержимое влечение к нему, а он, словно чувствуя и понимая это, внимательно смотрел на нее, медленно переводя взгляд с глаз на губы. «Боже! – подумала она, прижимая руки к груди. – Никогда! Никогда!»
Тамар посмотрела на Люси и улыбнулась, стараясь выразить девочке свою симпатию.
– Люси... Люси была с вами? – спросила она, не глядя на Росса.
Он развалился в огромном кресле, стоявшем возле письменного стола, закурил сигарету и глубоко затянулся.
– Вы хорошо побеседовали с моей мамашей? Вам удалось обсудить все детали моей жизни?!
Росс говорил резко и. грубо.
В это время Тамар показывала Люси часы, которые, как медальон, на цепочке висели у нее на шее. Казалось, девочка убедилась в том, что общение с Тамар безвредно для нее, и, подойдя совсем близко, вертела в руках красивую блестящую игрушку.
Услышав вопрос, заданный Россом, Тамар со злостью посмотрела на него.
– Ну и самомнение у вас! – с негодованием воскликнула она. – Вам не приходит в голову, что мы могли говорить о чем-нибудь другом, кроме вас, не правда ли?!
Росс нетерпеливо пожал плечами.
– Не хотите ли вы убедить меня в том, что не обсуждали ни меня, ни мои дела? – сухо спросил он.
Тамар едва сдерживала раздражение и чувствовала, как опять начинает гореть лицо.
– Разумеется, нет. Но вы, именно вы сами по себе, вовсе не являетесь персоной первостепенной важности. Что действительно важно, так это Люси. Ее жизнь, ее желания, ее возможности!
Росс стукнул кулаком по столу.
– Да, конечно, Люси! Неужели вы думаете, что я забыл о своем ребенке?! О своем несчастном глухонемом ребенке?!
– Росс!
Тамар в ужасе смотрела на Люси. Росс вскочил на ноги.
– Не бойтесь! Она не понимает ни единого слова! И как ей повезло! Как чертовски ей повезло!
– Как вы можете говорить так?!
– А почему, собственно, нет?! Люси счастлива! Какие волнения предстоят ей? Разве ей придется когда-нибудь задумываться над проблемами? Разве ей предстоит страдать от каких-нибудь чувств? От несчастного, неудачного брака, например? Говорю вам, Тамар, ей не придется пережить ничего подобного! Никогда! И я считаю, что это прекрасно!
Тамар не могла поверить в то, что Росс искренне верит в то, что говорит.
– И вы серьезно так думаете?!
– Почему бы и нет?
– Разве вы не знаете, что в жизни бывают не только неудачи?
Росс смотрел на Тамар, не скрывая насмешки.
– О да. Ну и откуда же, по-вашему, мне ждать удач? Насколько я знаю, мне уже немало пришлось пережить, и, если я позволю своей мамаше начать учить Люси, я должен быть готов к новой серии ударов!
Тамар нежно гладила девочку по голове. У Люси были мягкие и густые волосы, как и у Росса, но, в отличие от его прямых волос, волосы Люси завивались крупными локонами. Пригладив их, Тамар открыла два маленьких розовых уха, и девочка с большим интересом наблюдала за всеми ее движениями. Она действительно была прелестна, и сердце Тамар не могло остаться равнодушным к ней. Ей захотелось обнять Люси, прижать к себе, чтобы смягчить всю боль и горе, пережитые за последние годы. Этот ребенок был плотью и кровью Росса, и Тамар уже любила девочку. Любила?! Да, она чувствовала, что Люси уже вошла в ее сердце, но это чувство нельзя было назвать любовью. Тамар испытывала к девочке нежность, она тревожилась за нее, хотела помочь и сострадала ей, но любить ее Тамар не могла!
Неожиданно она спохватилась, что Росс наблюдает за ней и по выражению ее лица может догадаться о тех чувствах, которые она испытывает. Посмотрев на него, Тамар сказала:
– Как бы вы ни решили распорядиться собственной жизнью, вы не можете отказывать Люси в том воспитании и образовании, которые доступны ей, и в той жизни, которую она может вести. Разве вы не хотите, чтобы она могла делать то же, что делают все здоровые дети? Разве вы не хотите, чтобы она выросла и стала красивой женщиной, которая в один прекрасный день выйдет замуж и у которой будут собственные дети?
– Нет, – быстро ответил Росс.
– О, вы невыносимы!
Тамар начала терять терпение.
– Неужели вы не видите, что сами лишаете ее всего?!
– Это вы так считаете, – холодно ответил Росс, подходя к двери. – Я пойду поищу Хедж и попрошу напоить вас чаем, прежде чем отвезу вас.
– В этом нет никакой необходимости! – со злостью крикнула Тамар, но он уже ушел.
Люси все еще стояла возле нее. Казалось, Тамар начинает ей нравиться, и девочка не только играла с часами, но и трогала ее волосы и платье и даже стала рассматривать книгу, которую Тамар читала до их возвращения.
Тамар была в растерянности. Она не имела ни малейшего представления о том, как учат глухонемых детей, иначе она, попыталась бы сама позаниматься с девочкой. Сейчас же она могла только показывать пальцем на разные предметы и называть их, надеясь на то, что Люси захочет повторить движения ее губ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
